Церковь даёт убежище всем несчастным, верно? Верно. И Ланга обращается на сторону божью с каждый разом сильнее, когда вспоминает это. Вспоминает, как его, потрёпанную и грязную сиротку, приняли в Базилику, добродушно дали убежище. И что, что старшие вечно издевались над ним, подставляли и делали гадости? Ведь именно из-за его страданий, благодаря тому, что он их выдержал, к нему сошёл Ангел! Его, его Ангел! Он защитил его от яда внешнего мира, разговаривал с ним, наставлял в жизни, учил особенностям работы священником, на которую его позже взяли, чтобы он не болтался без дела. Так же, Ангел взял с него обет того, что ни одна живая душа не узнает об их разговорах.

Ланга не раз молил о возможности увидеть своего Ангела воочи, хотя бы разок! Но его учитель всегда отказывал ему.. Говорил: "Разве тебе не достаточно моего голоса, дитя? Я не воспитывал в тебе такой наглости", после чего Ланга, обычно, только стыдливо опускал голову и молил своего Ангела не гневаться на него, извинялся. Но его Ангел и не думал злиться. Он всегда милосердно прощал его.

И всё же, в сердце юного священника всё ещё теплилась надежда увидеть своего защитника и наставника.

Безотрадно расхаживая по Базилике, тот вытаскивал и ставил новые свечи. К запаху ладана и плавленного воска парень привык давно. Ещё бы, кто за 9 лет, которые он жил в церкви и, соответственно, обучался у его Ангела, не привык бы к нему?

Первый год в Базилике выдался особенно тяжёлым. От непривычного ( в связи с тем, что в церкви и, тем более, в Базилики покойный отец его не водил) запаха ладана его тошнило. Даже не просто тошнило, а рвало. Ланга ещё тогда вычитал в какой-то книжонке, что непосредственную роль в его недуге играет духота помещения.

И всегда, словно по волшебству, в скромной комнате молодого священника оказывалась ложка мёда и отвар из тыквы с соком лимона, временами просто тыквенный сок. Хоть на вкус, по скромному мнению юноши, это было и отвратно, но помогало и снимало тошноту достаточно эффективно.

Предавшись воспоминаниям, Ланга, как блаженный, шёл со свечками в руках, пока из прелестного мира воспоминаний его не вырвал столь знакомый манящий к себе голос. Его Ангел взывал к себе. Ласково просил придти на самый верхний этаж Базилики, в комнату, где обычно и проходили их тайные встречи.

Старый деревянный пол под ногами раздражающе скрипел. Помещение довольно узкое и скромное, если не считать действительно большое количество сделанных собственноручно Лангой статуэток Девы Марии. Их он делал в перерыве от службы.

В комнате было довольно темно без свечей, но, несмотря на это, он отчётливо видел огромное чёрное перо, что перекрывало вид на самую главную и, по совместительству, самую большую из сделанных священником статуэток.

Ланга аккуратно подобрал перо, повертел в руках. Он ещё не видел таких больших.. Тем более в Базилике.. Что оно вообще тут делает? Но не успел священник поднести перо к носу в попытке учуять птичий запах, как его ослепил свет из окон..

Здесь окна никуда не выходят, несмотря на их существование, они заколочены.

В отражении он увидел мужчину.. Нет. Что-то в этом мужчине определённо отличалось. Крылья. Огромные чёрные крылья. Ланга было подумал, что к нему снизошёл ангел, но цвет.. Папа учил, что крылья у ангелов белые, словно у голубей.. Голуби - символ свободы, Белый - цвет чистоты. Теряя свободу ангелы теряют и цвет. Их крылья навечно окрашиваются в черный, как и их душа. Такие ангелы называются несколько иначе. Их зовут "падшими с небес". Они отвергнуты отцом своим, Господом Богом, их охватывают грешные помыслы и запретные им эмоции. Они совращают людей на грехи.

Не успел Ланга опомниться и сделать что-либо, как был довольно жёстко схвачен за руку и притянут к привлекательному мужчине.

— Здравствуй, малыш Ланга, - столь фамильярное обращение заставило щёки священника порозоветь. Не успел таинственный мужчины сказать что-то ещё, как получил ощутимое сопротивление.

Он точно знал, что Ланга не сбежит, ведь перекрыл выход из комнаты своим крылом. Именно поэтому он и отпустил его руку и продолжил с любопытством наблюдать за юношей.

Священник одним торопливым и неосторожным движением вытащил из под рясы деревянный и, определённо, потрёпанный жизнью крест.

— Crux sancta sit mihi lux

Non draco sit mihi dux

Vade retro satana

Numquam suade mihi vana

Sunt mala quae libas

Ipse venena bibas - закрыв глаза он нервно проговаривал на латыни молитву изгнания дьявола.

Услышав лишь смешок со стороны высокого мужчины, он испуганно открыл глаза.

— Это на меня не подействует. Я ведь не дъявол, не демон.. Неужели ты не узнал своего Ангела? Ты ведь так желал увидеть меня, милый Ланга, - сладко шептал он на ухо парню.

— Что.. Вы.. Вы не можете.. - с неверием говорил священник, глядя на мужчину перед собой.

— О, дитя моё, ещё как могу. Неужели на тебя так сильно произвел впечатление мой облик? Чёрные крылья, отсутствие нимба, ха.. Разве святой отец не учил тебя, а? Не учил не судить книгу по обложке?

Ланга никак не мог придти в себя, в шоке смотря в, похожие на кошачьи, красные глаза. Деревянный крест из рук парня выпал и вновь опустился на шею, только теперь уже поверх одежды, безмятежно болтаясь.

Ангел перевёл взгляд на крест, а затем на Лангу.

— Что это? Почему он такой.. Потрёпанный, - мужчина осторожно потянул руку к деревяшке на шее.

— Не трожь! - резко ударив Ангела по руке прикрикнул Ланга. Увидев, как мужчина свёл брови к переносице, он тут же стушевался и поспешил объясниться. - Этот.. Этот крест мне очень дорог.. Его подарил мне отец перед смертью. Не трогайте его, пожалуйста..

— М, вот как.. Интересно, - тут же улыбнулся мужчина. - Ну чтож, давай лучше поговорим о другом. Милый Ланга, ты ведь тоже ждал этого дня, правда ведь? Дня, когда мы воссоединимся.. Так вот, хочу сказать тебе,что этот день настал!

— Простите?..

— Прощаю, - усмехнулся Ангел - Ты ведь сам просил, чтобы я вышел! Но тогда я, к сожалению, не мог.. Ты не был готов тогда, понимаешь?.. Но сейчас! Сейчас, милый Ланга, всё наоборот! Ты готов, о, готов как никогда раньше!

Мужчина на мгновение замолчал, одержимо смотря на священника. Тот же, в свою очередь, попятился назад, но лишь врезался в сильное крыло, которое мгновенно пододвинуло его только ближе к таинственному мужчине.

— Готов пойти со мной! О, Ланга! Пойти в преисподнюю! - страстно выкрикнул мужчина, беря юношу за талию и прижимая к себе. - Не пугайся. Ты просто станешь моим вечным мужем!

— Мужем!? Но.. Святой Отец говорил, что это запрещено! Однополая любовь ведь.. - начал было Ланга, но тут же оказался перебит мужчиной.

— То есть, тебя смущает только это? Я правильно понимаю? - хохотнул Ангел - Святой Отец несёт чепуху, как бы прискорбно это для тебя ни было. У любви нет пола! Только представь, Ланга.. Только мы и наша любовь.. Или ты сомневаешься в моих мотивах? Я же растил тебя, малыш.. Неужели ты забыл? Неужели забыл, как рассказывал мне все свои невзгоды, тайны и обиды? И я тоже, я ведь ради тебя притворялся хорошим и нёс всю эту праведную чепуху!

— Я.. - неуверенно начал юноша. - Я.. Не знаю..

— Разве может человек говорить что-то про запретную любовь, когда допускает издевательства над своим же священником и ворует деньги у честно́го народа, а?

— Я даже не знаю вашего имени, Ангел, - он попытался отмазаться от темы, хоть и задумался. Хотя, разве у него вообще есть право осуждать Батюшку?

— Ах, да. Формальности. Можешь звать меня - Адам, - ловя на себе вопросительный взгляд, он поспешил объяснить - Не совсем библейский, конечно, ха.. Но всё же совсем не прочь пасть вместе.

Ланга, будто заворожённый наблюдал за тем, как его Ангел взмахивает рукой и открывает красный портал, что ведёт в странный, но, хочется признать, красивый особняк.

Ланга опускает взгляд с столь необычного архитектурного сооружения и видит перед собой довольного мужчину, который, словно джентльмен, протягивает ему руку.

— Ну что, осмелится ли Ева пасть вместе с её Адамом и не бросить его одного? Я устрою тебе по-настоящему сладкую жизнь.

Как только Адам почувствовал, что его ладонь крепко держат, то всё таки прошёл в портал и завёл за собой парнишу. Всё таки, после всего того что он сделал для Ланги.. Разве можно считать его злым только из-за рока судьбы, обратившего его в зло? Может же быть так, что его низвергли несправедливо, да? Юноша всё же всем обязан ему. И привязан.

Теперь они вместе, вечно в аду